Топ-25 компаний по размеру R&D-портфеля: кто сорвет большой куш в 2019 г.?

Секрет успеха в R&D-разработках уже давно стал своеобразным Святым Граалем для Большой Фармы. Как известно, в последние годы фармацевтические компании столкнулись со значительным снижением продуктивности R&D-разработок. Как компании справляются с поставленными вызовами и ждут ли нас новые инновационно-революционные лончи в ближайшем будущем. Мы сконцентрируемся на последних данных об исследованиях и разработках, определим победителей и проигравших, попытаемся угадать, кто станет чемпионом, а кто потерпит поражение в будущем — будет интересно!

Быстрее, выше, сильнее!

Согласно данным, опубликованным в обзоре «Pharma R&D Annual Review 2019» (по состоянию на январь 2019 г.) компании «Pharmaprojects Informa Pharma Intelligence», в сфере R&D-разработок лекарственных средств уже много лет из года в год происходит неизменный рост количества препаратов, находящихся в разработке. Общий объем кандидатов в препараты, находящихся на различных этапах R&D-разработки, по состоянию на январь 2019 г. снова побил рекорд, увеличившись по сравнению с аналогичным периодом предыдущего года-рекордсмена на 6% и достиг 16 181 кандидата в препараты (рис. 1). Для сравнения по состоянию на январь 2018 г. данный показатель вырос всего на 2,7%. За последние 3 года наблюдается рост на уровне 8,41, 2,66 и 5,99% соответственно, что в среднем составляет 5,69%. Таким образом, прирост количества кандидатов в препараты в этом году — чуть выше среднего, что является достаточно неплохим результатом в условиях мировой политической нестабильности.

Рис. 1
Общее количество кандидатов в препараты, находящихся в активной разработке, в 2001–2019 гг.

Следует отметить, что согласно методологии подготовки отчета «Pharma R&D Annual Review 2019», под кандидатами в препараты понимают всех агентов, которые разрабатываются как будущие лекарственные средства фармацевтическими компаниями, начиная с доклинического этапа и заканчивая клиническими исследованиями, одобрением регуляторными органами, вплоть до лонча продукта. Препараты, лонч которых уже состоялся, также могут учитываться в том случае, если они все еще находятся на стадии разработки дополнительных показаний к применению или выведения на новые рынки.

Тем не менее то, что в этом году будет больше «бегунов», не обязательно означает, что больше участников успешно преодолеют все препятствия и пересекут финишную черту, осуществив лонч продукта. И наоборот, большее количество участников вполне может обернуться большим количеством неудач.

Сколько же новых активных веществ было выведено на рынок в 2018 г.? Согласно данным Управления по контролю за пищевыми продуктами и лекарственными средствами США (Food and Drug Administration — FDA), этим регуляторным органом было одобрено 64 новых молекулы и биопрепарата. Ожидается, что такой результат будет сложно повторить в 2019 г. и не последнюю роль в этом может сыграть рекордно длительное временное прекращение работы правительства в США, которое повлияло и на работу FDA.

Кандидаты в препараты в разрезе фаз разработки

В то же время, если посмотреть на портфель кандидатов в препараты в разрезе различных фаз разработки, мы увидим гораздо менее обнадеживающую картину. Бегуны на длинные дистанции и велосипедисты, соревнующиеся в выносливости, часто говорят об «ударе о стену» — моменте, когда они сталкиваются с внезапной и катастрофической потерей энергии. Некоторые пробиваются к цели, но для многих это означает конец пути, и они вынуждены сойти. Портфель кандидатов в препараты в разрезе этапов разработки (рис. 2), по-видимому, указывает на то, что Фарма продолжает борьбу со своей собственной версией стены — клиническими исследованиями II фазы.

Ситуация выглядит неплохо на старте исследований — количество кандидатов в препараты на этапе доклинических исследований возросло в этом году на 6%, что практически совпадает с темпами роста общего количества кандидатов в препараты. Однако по сравнению с прошлым годом прирост количества кандидатов в препараты на доклиническом этапе оказался несколько меньше, чем в прошлом, который был на уровне 7,3%.

Количество кандидатов в препараты в I фазе клинических исследований увеличилось на 7,2%, что намного больше, чем в прошлом году (3%). Положение дел на этапе II фазы клинических исследований еще лучше — прирост по сравнению с предыдущим годом составил целых 9,2%. Но тут что-то пошло не так… Значительная часть кандидатов в препараты не попадает из II в III фазу клинических исследований. Так, в этом году количество кандидатов в препараты в III фазе клинических исследований вообще не увеличилось, в то же время количество продуктов, находящихся в ожидании одобрения или на этапе лонча, уменьшилось — на 3,6% в 2019 г., что даже хуже, чем падение на 1,9% в 2018 г.

Большое количество кандидатов в препараты, которые не смогли преодолеть II фазу клинических исследований, отмечается уже в течение более 10 лет, что свидетельствует о дальнейшем ухудшении ситуации.

Хотя количество выведенных на рынок новых лекарств (см. рис. 2) увеличилось на 74 (6,2%) до 1273, это не дает нам полной картины происходящего, поскольку отображает только количество препаратов в состоянии «активного» лонча, то есть тех, которые уже есть на рынке, но все еще находятся на этапе постмаркетинговых исследований для получения дополнительных показаний или выхода на новые рынки. Всего лишь 108 препаратов получили первичное одобрение в 2018 г. — этот показатель сопоставим с таковым в 2017 г. В то же время темпы прироста в этой категории были несколько ослаблены из-за того, что некоторые препараты перешли в категорию тех, чей лонч полностью состоялся и исследования, связанные с расширением покрытия или показаний, не проводятся.

Рис. 2
 R&D-портфель в разрезе этапов разработки кандидатов в препараты по состоянию на январь 2019 г.
R&D-портфель в разрезе этапов разработки кандидатов в препараты по состоянию на январь 2019 г.

Таким образом, на различных этапах разработки вероятность быть одобренным у кандидата в препараты также значительно различается. Эта вероятность рассчитывается аналитиками на основании различных данных, в том числе результатов пройденных этапов исследований, особенностей нормативно-правовой базы и пр. Так, во II фазе для большинства кандидатов в препараты недостаточно данных, чтобы сильно отклонить вероятность быть одобренным от среднего значения. В III фазе ситуация меняется, и здесь уже появляются обнадеживающие показатели. В этом году 29% кандидатов в препараты в III фазе были оценены как такие, чья вероятность быть одобренными выше средней по сравнению с 24,2% в прошлом году. Однако к моменту предварительной регистрации эта тенденция полностью меняется. Поэтому сложно сделать какие-либо выводы о качестве портфеля R&D-разработок.

Топ-25 компаний по размеру R&D-портфеля

Давайте посмотрим на главных игроков фармацевтической отрасли — 25 крупнейших фармацевтических компаний по размеру R&D-портфеля в 2019 г. Победа в этом рейтинге третий год подряд достается компании Novartis (таблица). При этом компания располагает не только крупнейшим R&D-портфелем, но и может похвастаться инновационными продуктами, разработанными своими силами, а не приобретенными в результате поглощений или других соглашений. Так, 60% R&D-портфеля компании Novartis — это собственные разработки, что является наиболее высоким показателем среди компаний, входящих в этом году в топ-10 по размеру R&D-портфеля. Однако с точки зрения новых лончей, 2018 г. был менее звездным для швейцарского мультинацио­нального тяжеловеса. Так, среди 3 прошлогодних лончей новых молекул не было ни одной разработанной компанией самостоятельно. Ключевым продуктом, запущенным компанией Novartis в прошлом году, был Aimovig (эренумаб), который был получен компанией от Amgen в результате лицензионного соглашения. Препарат является одним из трех существующих антагонистов рецепторов кальцитонин-ген-связанного пептида (calcitonin gene-related peptide — CGRP) и предназначен для профилактики мигрени (другие два — Ajovy компании Pfizer (фреманезумаб) и Emgality (галканезумаб) компании Eli Lilly). Помимо этого, компания Novartis также получила одобрения для инновационной, но очень нишевой генной терапии для лечения слепоты, вызванной мутациями гена RPE65. Права на этот продукт были получены от Spark Therapeutics в результате лицензионного соглашения. Кроме того, дочерняя компания Novartis — Sandoz — запустила биосимиляр анти-TNF-антитела адалимумаба, оригинатор которого принадлежит AstraZeneca. Таким образом, Novartis располагает обширным R&D-портфелем, который, однако, в прошлом году не позволил компании «привести на поле» действительно мощных игроков, поэтому в этом году ожидания от новых лончей будут еще больше.

Таблица Топ-25 фармацевтических компаний по количеству кандидатов в препараты в R&D-портфеле
№ в 2019 г. № в 2018 г. Компания Количество кандидатов в препараты в разработке, 2019 г. Количество кандидатов в препараты в разработке, 2018 г. Количество кандидатов в препараты собственной разработки, 2019 г.
1 1 Novartis 219 223 131
2 9 Takeda 211 164 99
3 2 Johnson & Johnson 208 216 112
4 3 AstraZeneca 194 205 111
5 4 Sanofi 192 179 93
6 5 Roche 189 191 106
7 7 GlaxoSmithKline 177 191 99
8 6 Merck & Co. 176 191 86
9 4 Pfizer 163 192 96
10 11 Eli Lilly 124 121 74
11 10 Bristol-Myers Squibb 110 134 73
12 12 Bayer 108 111 77
13 18 Otsuka Holdings 98 89 59
14 20 Celgene 98 85 40
15 15 AbbVie 94 98 31
16 16 Boehringer Ingelheim 94 92 59
17 14 Daiichi Sankyo 92 105 49
18 13 Allergan 90 108 37
19 19 Amgen 88 87 58
20 21 Eisai 85 84 49
21 17 Astellas Pharma 84 92 44
22 25 Ligand Pharmaceuticals 73 65 28
23 23 Gilead Sciences 69 66 47
24 Evotec 63 34
25 Biogen 62 14

Объединяй и властвуй

В спорте, когда команда нуждается в усилении в нападении или защите, у нее есть два пути, так же и в Фарме. Первый вариант — приобрести игрока — аналогом этому в Фарме является лицензионное соглашение. Второй вариант — поглощение или слияние. Это менее распространенный прием, но в этом году мы можем наблюдать появление мощного игрока именно благодаря одному из крупнейших поглощений за последние несколько лет, а именно приобретение компании Shire компанией Takeda, которое было завершено лишь в начале 2019 г. и помогло японскому гиганту переместиться на вторую строчку рейтинга.

Другим поглощением, которое способно повлиять на топ-10 компаний по размеру R&D-портфеля, стало заявление компании Bristol-Myers Squibb о намерении приобрести Celgene. Завершение этой сделки планируется в конце 2019 г. Но можно предполагать, что простое включение 98 кандидатов в препараты в R&D-портфель Bristol-Myers Squibb позволит компании вернуться в топ-10. Это соглашение может стать четвертым по величине приобретением биофармы на сегодня, оно лишь немного уступает Takeda/Shire (79 млрд дол.) в прошлом году и Glaxo/SmithKline (78 млрд дол.) в 2000 г. и Pfizer/Warner-Lambert (84 млрд дол.) в 1999 г. На фоне скептицизма инвесторов в отношении будущего развития компании Bristol-Myers Squibb стремится обеспечить немедленный и заложить основы для будущего роста, особенно в области онкологии и комбинированной терапии. Что же касается компании Celgene, она продемонстрировала значительное усиление позиций, поднявшись с 20-го места в начале 2018 г. на 14-ю позицию в начале этого года.

Активизация слияний и поглощений среди компаний, входящих в топ-10, обладающих крупнейшими R&D-портфелями, вероятно, демонстрирует изменение стратегии развития R&D-направления. Следует отметить, что подобных сделок среди компаний, входящих в топ-10, в 2017 г. вообще не было отмечено. Означает ли это изменение вступление в новую эру деятельности по объединению? Многие аналитики так не считают. Так, Питер Бенер (Peter Behner) из компании EY Global Life Sciences отмечает, что М&A-активность, по-прежнему сдерживается тем, что компании-покупатели считают активы других компаний переоцененными, свою лепту также вносит геополитическая неопределенность, в частности отмечается ценовая политика в США.

Среди «команд высшей лиги» было меньше приобретений, в том числе приобретение Novartis компаний Endocyte, AveXis и Advanced Accelerator; приобретение Takeda компании TiGenix; Johnson & Johnson приобрела ImmuneTarget и BeneVir; Sanofi приобрела Ablynx и Bioverativ; Roche — компанию Tusk Therapeutics; Merck & Co. — компанию Viralytics; и Eli Lilly — компании AurKa Pharma и ARMO BioSciences. Вероятно, эта стратегия приобретения игроков с «ключевыми навыками» продолжится и в 2019 г., так, Eli Lilly уже объявила о своем намерении приобрести Loxo Oncology.

Что же касается оставшихся компаний, то тут мы можем наблюдать в основном «business as usual». Так, например, компания Pfizer уже который год играет в пинг-понг, двигаясь вниз и вверх по рейтингу — со 2-го места скатившись на 5-е, потом поднявшись на 4-е, и снова вниз на 7-е, вверх — на 6-е и потом 3-е, снова на 4-е, и опять вниз — на 9-е.

Интересно, что в топ-10, за исключением Takeda, которая драматически улучшила свои позиции благодаря приобретению Shire, подняться выше в рейтинге удалось только двум компаниям — Sanofi, занявшей 5-ю позицию, и Eli Lilly с 10-м местом в рейтинге. Таким образом, если учесть количество поглощений, которое было совершено топ-10 компаниями, то можно говорить о тенденции к истощению R&D-портфелей ведущих игроков.

Проблемы, с которыми сталкиваются крупнейшие фармацевтические компании, одинаковы. Как можно видеть, за последние 9 лет изменения были радикальными — в два раза сократилась доля кандидатов в препараты в портфелях топ-10 компаний и сейчас составляет всего лишь 6,45%. Аналогичный показатель для топ-25 компаний сократился с 18,3% в 2011 г. до 11% в 2019 г.

Между тем бесчисленное и постоянно растущее количество небольших компаний получают все больший «кусок R&D-пирога», 15% 8 лет назад превратились почти в 20% сейчас. При этом следует отметить, что основной рост в этом сегменте пришелся на период до 2015 г., а затем показатели вышли на плато. Кроме того, количество таких компаний не так уж значительно изменяется, как принято считать. Так, по состоянию на январь 2019 г. 1633 компании разрабатывали только 1 кандидата в препараты (по сравнению с 1627 в 2018 г.), и 669 — 2 кандидата в препараты (по сравнению с 657). При этом именно эти компании, вероятно, играют ключевую роль в создании инноваций в медицине. Так, на их долю приходится 18,3% кандидатов в препараты, находящихся в активной разработке, и 53,3% компаний, занимающимися R&D-разработками в Фарме, хотя этот показатель и несколько снизился по сравнению с 55,2% в 2018 г.

Что касается общего количества компаний, участвующих в фармацевтических исследованиях и разработках новых лекарственных средств в этом году, а также общего количества кандидатов в препараты, то отмечается повышение этих показателей в 2019 г., так же, как и годом ранее (рис. 3). Так, по состоянию на январь 2019 г. количество компаний, ведущих активную разработку новых лекарственных средств, составило 4323, что на 189, или 4,6%, больше аналогичного показателя в 2018 г. Для сравнения рост данного показателя в 2018 г. по сравнению с предыдущим годом составил всего 3,3%.

Рис. 3
Общее количество фармацевтических компаний с кандидатами в препараты в активной разработке в 2001–2019 гг.

Экспресс Запад — Восток набирает скорость

Фармацевтическая отрасль — одна из наиболее интернациональных в мире. Однако исторически так сложилось, что с тех пор, как на западе появилась традиционная фармацевтическая индустрия, она стала гораздо больше концентрироваться на странах Северной Америки и Европы. В последние годы ситуация начала меняться и эта тенденция набирает обороты (рис. 4). Ожидаемо, в сфере R&D-разработок лидируют США, однако в последние годы набирает обороты Азиатский регион. Так, хотя в США по-прежнему размещается 46% фармацевтических компаний, этот показатель снизился на 2% по сравнению с предыдущим годом и находится на самом низком уровне за все время проведения исследований. Однако 2-е место впервые принадлежит не Канаде или одной из крупных европейских стран, таких как Франция, Германия, Италия или Великобритания, а Китаю. Учитывая, что 301, или 7%, компаний, занимающихся разработкой лекарственных средств, являются китайскими, а рост их доли происходит из года в год, то можно говорить о долгосрочной тенденции. Третья позиция отошла Великобритании, которую «подкосил» недавний брексит. В целом доля европейских фармацевтических компаний в настоящее время — 25% по сравнению с 27% в прошлом году. Между тем, доля компаний из Азиатского региона увеличилась с 20,5 до 23,6%.

Рис. 4
 Географическая структура R&D-разработок в разрезе фармкомпаний
Географическая структура R&D-разработок в разрезе фармкомпаний

Таким образом, количество кандидатов в препараты продолжает расти, что, к сожалению, мало отражается на продуктивности R&D-разработок, а ключевую роль в создании инноваций постепенно начинают играть маленькие компании с 1–2 кандидатами в препараты в R&D-портфеле. В свою очередь, представители Большой Фармы не против расширить свой R&D-портфель за счет приобретения перспективных фармкомпаний средней руки или отдельных продуктов с большим будущим. В то же время география R&D-разработок также начинает потихоньку меняться и, возможно, не далек тот день, когда на украинском рынке будут активно лончеваться инновационные китайские препараты. Поживем — увидим!

Евгения Лукьянчук,
по материалам pharmaintelligence.informa.com, www.fda.gov, www.reuters.com

Комментарии

Нет комментариев к этому материалу. Прокомментируйте первым

Добавить свой

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*

Другие статьи раздела


Последние новости и статьи